— На борту пожар?

— Никаких признаков. На компьютеризованной системе управления в секторе пожарного оповещения горят только зеленые лампочки.

— Какие-нибудь намеки на то, почему команда спустилась в шлюпки, вы обнаружили? — спросил Корвольд.

— Ничего конкретного. Они, похоже, в панике покинули судно после попытки его затопить.

Корвольд сжал челюсти, костяшки его пальцев побелели, когда он вцепился в микрофон.

— Повторите.

— Кингстоны были открыты и заклинены в этом положении. Андерссон сейчас пытается их задраить.

— Зачем, черт возьми, команде топить неповрежденное судно с тысячами новых автомобилей на борту? — нерешительно спросил Корвольд.

— Нужно подходить к этой ситуации осторожно, она очень подозрительна. Что-то на борту ненормально. Тело радиста выглядит так, как будто его зажарили на вертеле. Ужасное зрелище.

— Может быть, его следует осмотреть судовому врачу?

— Хороший доктор здесь ничего не сможет сделать, разве что выполнить посмертное вскрытие.

— Понятно, — ответил Корвольд. — Я останусь в радиорубке еще полчаса, прежде чем отправиться на поиск пропавших шлюпок.

— Вы связались с компанией, сэр?

— Я отложил это до тех пор, пока вы не убедитесь, что из первоначальной команды на судне не осталось в живых никого, кто бы мог оспорить нашу заявку о вознаграждении за спасение судна и груза. Закончите ваш осмотр. Как только вы будете уверены, что судно действительно покинуто, я отправлю радиограмму директору нашей компании, уведомляющую его о том, что мы вступили во владение «Божественной звездой».

— Механик Андерссон уже занят задраиванием кингстонов и откачиванием воды из трюма. Машина работает, и скоро мы будем на ходу.

— Чем скорее, тем лучше, — сказал Корвольд. — Вы дрейфуете в направлении британского океанографического судна, занимающего стационарное положение.