Он взглянул на Стина и заговорил, проглатывая слова при каждом вдохе:

— Четвертая кнопка… звонок в машинное отделение.

— Что с вами? Вам плохо? — встревоженно спросил Стин.

— Не знаю. Я … я чувствую … ужасно … дважды вырвало.

— Держитесь, — оборвал его Стин. — Я соберу остальных. Мы сматываемся с этого корабля смерти. — Он схватил трубку и позвонил в машинное отделение. Ответа не было. Страх охватил его. Страх перед неведомой опасностью, готовой сокрушить их.

Ему представилось, что все судно пропитано запахом смерти.

Стин бросил быстрый взгляд на схему размещения палуб и связывающих их трапов, прикрепленную к шпангоуту, и бросился вниз по сходням, перепрыгивая через шесть ступеней за раз. Он попытался бегом добраться до огромных складов, на которых стояли автомобили, но тошнота поднималась из его живота, и он шатался, идя по коридору, как пьяный в аллее парка.

Наконец ему удалось доковылять до двери, ведущей на палубу С. Огромное море разноцветных автомобилей вытянулось на сто метров вдоль оси судна. Как ни странно, несмотря на шторм и крен, все они остались надежно закрепленными на своих местах.

Стин кричал изо всех сил, зовя Мидгарда, эхо его голоса отражалось от стальных шпангоутов. Лишь тишина была ему ответом. Затем он заметил это, некую странность, как будто только один человек в толпе поднял над головой некий знак.

У одной из машин был поднят капот.

Он шатаясь побрел между длинными рядами, ушибая колени о торчащие бамперы, падая на дверцы и снова пробираясь вперед. Приблизившись к машине с открытым капотом, он снова крикнул:

— Есть тут кто-нибудь?

На этот раз он услышал слабый стон. Через десять шагов он добрался до этой машины и остановился в оцепенении, увидев, как выглядел Мидгард, лежащий у одного из ее колес.

Лицо молодого матроса было покрыто кровоточащими язвами. Пена, смешанная с кровью, текла из его рта. Он смотрел перед собой невидящими глазами. Его руки были багровыми из-за подкожных кровоизлияний. Его тело, казалось, заживо разлагалось на глазах у Стина.